Камню дал душу ваятель

Мы бeсeдoвaли с Гeдиминaсoм Aльбинoвичeм Йoкубoнисoм в eгo мaстeрскoй, рaспoлoжeннoй пoчти в сaмoм цeйтрe Вильнюсe. Нo гoрoдскoй шум нe дoлeтaл сюдa, здeсь цaрилa aтмoсфeрa сoсрeдoтoчeннoсти и тишины, кoтoрaя всeгдa сoпутствуeт рaбoтe вeликoгo xудoжникa.

В Литвe пaмятники Йoкубoнисa знaeт кaждый, и рeспубликa пo прaву гoрдится им. Сeгoдня Г. Йoкубoнис — признaнный мaстeр, нaрoдный xудoжник СССР, прoфeссoр, oдин из вeдущиx сoвeтскиx скульптoрoв.

Путь стaнoвлeния Йoкубoнисa кaк мaстeрa прeдстaвляeтся прямым и ясным, твoрчeский взлeт — стрeмитeльным. Oн стaл лaурeaтoм высшeй прeмии — Лeнинскoй — пoслe сoздaния пaмятникa жeртвaм фaшизмa в дeрeвнe Пирчюпис. Этo былo блeстящee, нoвaтoрскoe прoизвeдeниe мoлoдoгo скульптoрa, кoтoрoму тoгдa испoлнилoсь 30 лeт, фaктичeски втoрaя сaмoстoятeльнaя рaбoтa пoслe oкoнчaния институтa.

Успex был зaкoнoмeрeн. В нeм скaзaлaсь цeльнoсть xaрaктeрa Йoкубoнисa, eгo одаренность, зрелое понимание задач искусства, профессиональное мастерство. В этом успехе была большая заслуга его учителей, их мудрость, их опыт.

Я считаю,говорит Йокубонис,что учитель гораздо больше дает ученику не во время учебного процесса, но прежде всего примером собственного творчества.

Учился я в известного литовского скульптора Ю. Микенаса. Это был талантливый человек большой культуры, который оказал значительное влияние не только на наше поколение, но и на современное литовское искусство в целом. Один из тех, кто создавал после Великой Отечественной войны литовскую советскую школу скульптуры. Был блестяще образован. В Каунасе изучал живопись, фреску, мозаику, в Париже — скульптуру; учился у французских мастеров школы Майоля. Большое влияние на творчество Микенаса оказало литовское народное искусство, которое он хорошо знал.

Во время занятий Микенас говорил скупо, редко чинил, но то немногое, что было им сказано, много значило, потому что подкреплялось его творчеством. Однако он никогда не навязывал своих мнений. Наоборот — всячески помогал ученикам проявить собственную фантазию, индивидуальное дарование.

Каждый художник, на мой взгляд, имеет свое представление об идеальном образе. Возьмем высокий пример — классическое творчество мастеров Возрождения. При всей их многогранности мы можем определить идеал человека, который тот или иной художник стремился выразить. Для Микеланджело — это характер сильный, волевой, мужественный. В пророках, Давиде, рабов и Сивиллах великий скульптор воплощал свое видение идеального человека. В Леонардо да Винчи идеал второго — четкая, гармоничная, совершенная личность.

Так и сегодня. У каждого художника есть главная тема творчества. Если говорить о моем идеале, то это человек внешне сдержанный, негромкий, но в нем чувствуются твердость, воля, моральная правда. Если можно так выразиться, это образ молчаливого, спокойного величия.

Меня никогда не привлекали темы сверхсложные, композиции с большим количеством персонажей. Я отбираю немного. Интересно более пристально вглядеться в человека, понять и воплотить его характерный образ. Средства выражения у меня тоже всегда немногословны. Не утверждаю, что этот принцип работы лучше других, но он наиболее близок мне.

Эти творческие принципы отчетливо проявились в первой самостоятельной работе Йокубониса — «Председатель колхоза». Скульптура предназначалась для выставки, в ней нет еще той чеканной обобщенности формы, которая придет позже, в следующих монументальных произведениях. Но она дает яркое представление о идеале, который стремится воплотить скульптор.

В спокойным, уверенным шага председателя, во всем его неброском и простом облике, волевым лица легко угадывается решительный характер, устойчивый. Это настоящий хозяин земли, уверен строитель будущего.

Работа над образом председателя колхоза в значительной степени подготовила скульптора к созданию памятника в Пирчюписе.

Название этой литовской деревни болью отзывается в сердце каждого советского человека. Здесь в 1944 году фашисты учинили зверскую расправу над мирным населением. Пирчюпис расположен в 40 километрах от Вильнюса в районе лесных массивов, где особенно сильно было партизанское движение. Однажды карательный отряд гитлеровцев, не найдя партизан, всю свою бесчеловечную злобу выместил на мирных жителей — женщин, детей, стариков. Они были загнаны в сараи и сожжены. Погибли 119 человек, среди них — 67 детей.

После Победы правительство Литовской ССР принял решение об увековечении памяти жертв Пирчюписа. Был объявлен конкурс на лучший проект монументального памятника. Йокубонис в числе многих литовских художников и архитекторов принял в нем участие и получил первую премию.

Вот как характеризовал он тогда свою затею: «Фигура — основной акцент памятника. Фигура решена спокойно, статично, декоративно, в народном характере, с глубокой внутренней динамикой, которая народную боль, ненависть, протест и верю во вновь возрождающуюся жизнь». В процессе работы замысел углублялся, полнее раскрывалась идейное содержание скульптуры. И сегодня, спустя 20 лет, этот памятник является выдающимся произведением советского искусства по силе выразительности и по сдержанной скромности.

…Он возникает незаметно среди типичного литовского пейзажа и, кажется, органически слитым с дорогой, окружающими полями и перелесками. В глубоком раздумье стоит литовская крестьянка. Оплакивает ли она своих детей, скорбит о близких и о всех погибших за правое дело? Самые возвышенные и святые чувства любви к Родине остро пробуждает образ величественной матери, одновременно скорбный и жизнеутверждающий.

Когда подходишь ближе, невольно все внимание привлекает лицо женщины. Как глубокая боль в ее глазах! Одна рука сильно сжимает шаль под подбородком, другая — платок, которым женщина утирала слезы. И все-таки не только печаль рождает этот образ. Не призывает к мести матери. Гордо и спокойно она несет страдание, свою долю. И в этой силе, стойкости человека — верный залог будущей жизни, которая возродится на пепелище.

В скульптуре «Мать Пирчюписа» я старался показать красоту человека, раскрыть мысль о том, что принесенные фашизмом смерть и муки не могут сломить человека и его готовности защищать мир, спокойствие, счастье,говорит Йокубонис.Много раз я слышал вопрос: кто явился прообразом моей героини? Бывали даже курьезные случаи. После присуждения мне Ленинской премии в одной из газет, например, было написано, что пирчюписскую Мать я делал со своей матерью, которая-де жила в Пирчюписе и единственная осталась в живых.

Это, конечно, выдумка. Люди любят конкретизировать, и вполне понятно их желание видеть реальное лицо за художественным образом. Однако «Мать Пирчюписа» не имела конкретного прототипа. Я много искал, прежде чем остановился на этом варианте. Первый эскиз, например, изображал обелиск в виде обгорелой обломанной трубы. Но им я был недоволен и стал искать другое решение — трагический силуэт женщины-матери.

Никакой моделью при работе я не пользовался, хотя, конечно, бывал в Пирчюписе. Здесь в день годовщины народной трагедии собирались женщины и оплакивали погибших. Плач по умершим восходит к своеобразному фольклорному жанру — причитания. Типы женщин, их одежда сохранились в моей памяти.

Меня тоже нередко спрашивали: я исходил из принципов литовской деревянной скульптуры, испытывал влияние традиций народного творчества? Можно ответить: и да, и нет.

Прямого заимствования нет. Связь профессионального искусства с народным творчеством должна быть внутренней, глубинной. Это корни нашего искусства, от которых нельзя уйти. В «Мать Пирчюписа» есть черты, роднящие его с традициями литовского придорожного памятника,фигура фронт, памятник расположен у дороги, его форма скупая, лаконичная.

Если же анализировать формы конкретно, то они принципиально отличаются от произведений народных мастеров.

Вспоминаю такой случай. Когда я делал памятник, ко мне в мастерскую зашли двое знакомых: один искусствовед, серьезный ученый, второй — художник. Посмотрели на еще не законченную работу и говорят: «Хорошо, чувствуется связь с народным творчеством. Неплохо придумал. Но глаза не делай, наметь только черточки, не больше». Но я не послушался совета.

Вспомнил я это к тому, что даже в нашей профессиональной среде не всегда верно понимается связь с народными традициями. Если в композицию натюрморта, например, художник включает литовскую деревянную скульптуру — а такие вещи были очень модны,то это еще не означает, что автор исходит из принципов народного искусства. Внешние, наружные черты примитива не нужны. Они органические для народного мастера, который смотрел и чувствовал по-особенному, творил часто интуитивно. Но когда у тебя за спиной высокая профессиональная художественная школа — ты будешь делать глаза, а не прорезывать черточки.

Со времени создания памятника в Пирчюписе прошло почти 20 лет. Для Йокубониса они были наполнены напряженной работой. Больше всего — в области портретной скульптуры. Его всегда интересовала и интересует Человек с большой буквы, личность незаурядная, выдающаяся. Его герои живут не в камерном, маленьком мире, а единой судьбой с народом, Родиной. Поэтому так органично и естественно для художника его обращение к ответственнейшей теме — созданию образа в. И. Ленина.

Памятник, установленный сегодня в Москве на заставе Ильича, первоначально предназначался для естественной, интимной среды. Я изобразил Владимира Ильича в минуты отдыха, того, кто гуляет по саду. Вот он приостановился на мгновение, задумался о чем-то важном…

Работа над ленинским образом духовно обогатили Йокубониса, позволило лучше понять легендарное время первых лет Октября.

Герои многих произведений скульптора — известные литовские поэты, писатели, художники. В 1974 году он создал памятник поэту Майрони-су, установлен на центральной площади Каунаса, затем портретную скульптуру Чюрлениса для Каунаса. А сегодня в мастерской Г. Йокубониса идет работа над новым памятником поэту Адаму Мицкевичу.

Хотя Мицкевич писал по-польски, мы считаем его не только польским, но и литовским поэтом,говорит Йокубонис. Поэт родился недалеко от Вильнюса, в Беларуси, учился в Вильнюсе, работал наставником каунасской гимназии. Вся его творческая, сознательная жизнь связана с Литвой. Вторую половину жизни. Мицкевич прожил в Париже, но и там написал только одну поэму — знаменитого «Пана Тадеуша». В ней выражена вся тоска по родине, и начинается она словами:

Отчизна милая, Литва! Ты как здоровье, Тот дорожит тобой, как своей кровью,
Кто потерял тебя. Истерзанный чужбиной, Пою и плачу я лишь о тебе единой.

Адаму Мицкевичу создано несколько монументов в Польше, во Франции, много скульптурных портретов, медалей. Автором парижского памятника поэту является знаменитый французский скульптор Бурдель, который показал Мицкевича в образе пилигрима, странника, который шел с палкой. Вообще, его часто называли изгнанником, пилигримом. Но для нас Адам Мицкевич всегда будет не изгоем, а родным поэтом. Он воспел Литву, ее историю и народ с такой проникновенной силой, которая трогает и сегодня.

Я хочу сделать памятник молодому Мицкевичу, создать романтический образ, под стать эпохе, в которую он жил.

Каждую новую работу Т. Йокубониса ждут все. И больше других художники, его ученики. Вот уже несколько лет Гедимин Альбинович является профессором Вильнюсского художественного института. Его мастерскую закончили скульпторы, которые сегодня в значительной мере определяют уровень литовского искусства. И как учитель, учитель Года. Йокубонис горжусь успехами своих учеников.

Самое ценное, что есть в сегодняшнем искусстве молодых,многогранность, своеобразие,считает Йокубонис.Молодые ищут свой идеал, путь в искусстве, героя. Они стремятся освоить различную технику, различные материалы — один любит дерево, другой более охотно работает в бронзе, камне; смело комбинируют материалы, ищут новые формы. Интересные работы были показаны на недавней молодежной выставке Прибалтийских республик. Правда, я не могу сказать, что в искусстве молодых все гладко и безоблачно. Они бывают разные. И иногда приносят не только радость.

Что может быть хуже коммерческого взгляда на искусство? А некоторые молодые слишком торопятся нравиться, стремятся создать произведения, в угоду моде, не очень высокому вкусу — салонные, сладкие. Уверен, те скульпторы, которые быстро приспосабливаются только к спросу, быстро исчезают как художники. К сожалению, так называемых средних работ еще много. Иногда они неплохо котируются — никому не мешают, никому зла не делают. Но и добра не делают, а незаметно приносят вред. Ведь по их воле люди перестают интересоваться искусством, потому что оно теряет свою актуальность.

Искусство — это такая область, где утверждаются лишь немногие. Остается очень небольшой процент работ со знаком качества. Отсев, вероятно, закономерный в каждой области человеческой деятельности, где главным условием роста являются талант и работа. Ведь и в природе так же: сколько семян падает в землю — и сколько из них прорастает.

Истинное искусство требует самоотречения. Если художник не решился на какой-то подвиг в творчестве, если считать, что творчество-это не более чем обычная ежедневная работа,от такого творца настоящей отдачи не жди. Художник всегда должен быть настроен так, что именно сегодня потребуется наивысшее напряжение сил для создания чего-то необычного.

Так работает и сам Г. А. Йокубонис. Поэтому его произведения трогают и волнуют нас, говорят о лучшем в Человеке, о нашем замечательном современнике.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.